818022ee

Куликова Галина - Банановое Убийство



ГАЛИНА КУЛИКОВА
БАНАНОВОЕ УБИЙСТВО
Автор выражает признательность за оказанную помощь Олегу Владимировичу Шакотько, оперуполномоченному ОВД Северное Бутово УВД ЮЗАО г. Москвы
Вере Романовне Тринько, врачу высшей категории, сотруднику Института аллергологии и клинической иммунологии
Когда долго живешь на одном месте, в одной и той же комнате и видишь одних и тех же людей, которых сам выбрал себе в друзья, то мир кажется очень простым. Но едва выедешь из дому – все делается чересчур уж разнообразным.
Евгений Шварц. Тень
Глава 1
– Ладно, заходите. Что с вами поделаешь? – вздохнула девица, открывшая дверь квартиры номер девятнадцать. – А у вас дома есть животные? Ну, там, кошка или собака?
У нее были пытливые зеленые глаза, которые притягивали к себе взгляд и мешали рассмотреть все остальное. Впрочем, Стас Половцев всетаки успел заметить, что «все остальное» выглядит весьма неплохо.
– Нет, – ответил он. Вопрос был странным, но он решил не обращать внимания. – Ни кошек, ни собаку меня нет. Тараканы есть, врать не стану.

Но я их специально не прикармливаю, поэтому не знаю, можно ли считать их домашними животными. А что, это важно?
– Да, важно, – язвительно ответила девица. – Для Сильвестра Семеновича очень важно.
От ее тона у обычного человека наверняка засосало бы под ложечкой. Стас только УХМЫЛЬНУЛСЯ.
Она позволила старшему лейтенанту войти в коридор и велела подождать. Развернулась на сто восемьдесят градусов, прошлепала босыми ногами по линолеуму и скрылась за углом. Тонкие лодыжки и розовые пятки некоторое время стояли перед его мысленным взором.

Еще предстоит выяснить, кто она такая, эта зеленоглазая. Официально здесь прописан только Сильвестр Бессонов, сорокалетний холостяк, о котором местный участковый не мог сказать ничего определенного. Пока соседи не порассказали много чего.
Портрет получился не слишком привлекательный. По их словам выходило, что этот самый Сильвестр весьма неприятный тип. Неприветливый и циничный. Дружбу с соседями не водит, в квартиру к себе никого не пускает, да и сам показывается чрезвычайно редко.

Однако коль скоро неподалеку от лестничной площадки, куда выходила дверь и этой квартиры тоже, прямо на ступеньках, обнаружили труп, Стасу необходимо было поговорить со всеми жильцами без исключения. В том числе и с неприветливыми.
Он переступил с ноги на ногу и почувствовал, как под подошвами чавкнуло. Посмотрел вниз и увидел, что стоит на большом коврике, застеленном мокрой тряпкой. Тряпка была яркорозовая, девственно чистая и напоминала вещи, в которые одевают младенцев.

Его ботинки оставили на ней некрасивые рифленые следы. Стас неопределенно хмыкнул и тут услышал приглушенный мужской голос. В голосе ощущалось неподдельное раздражение.
– Ты что, разрешила ему войти в квартиру?!
Это оперативник из службы криминальной милиции, – шепотом ответила девица. – Он показал удостоверение. Если я его не пущу, он отправится за подкреплением.
Стас снова хмыкнул, рассчитывая, что его услышат. Одновременно он оглядывался по сторонам, пытаясь составить впечатление о квартире. Вернее, о коридоре, который был длинным, широким и практически пустым.

Кроме двух ламп на потолке, привинченного к стене зеркала и узкого шкафа здесь была только невысокая тумбочка, на которой лежал женский зонт. Ни расчески, ни флакона туалетной воды, ни квитанции за квартиру, прижатой связкой ключей, – ничего такого не наблюдалось. «Педант проклятый», – подумал Стас неприязненно. В его понимании слово «педант» имело ярко выраженный руга



Назад